Де-Факто N 12 (2012г.)

Тридцать лет эту картину Михаила Нестерова прятали в запасниках Третьяковской галереи. Ее нейтральное название “Философы” скрывало два выдающихся имени своего времени – Сергей  Булгаков и Павел Флоренский. Сюжет картины Нестеровым полностью придуман. Булгакова и Флоренского художник написал по отдельности, а затем поместил их в подмосковный пейзаж.  Картина Нестерова в судьбе Булгакова и Флоренского появилась в 1917-ом году. Она соединила их навсегда. На картине мистически возникло не только прошлое, но и будущее этих непохожих людей.

Сто лет назад православный русский художник Нестеров написал двойной портрет священника Павла Флоренского и профессора Сергея Булгакова. Но только теперь, в начале 21 века, когда заговорили живые свидетели их дела, и  открылись новые факты биографии героев картины, мы смогли увидеть поразительные мистические переплетения судеб и осознать их роли в истории русского православия.

Встретились они в 1910 году в “ Кружке ищущих христианского просвещения”. Оказалось, разными путями они искали одну истину.

Доктор философских наук Константин Кедров говорит: “Флоренский воплощает Путь внутрь, в себя – путь мистический, благодатный, боговдохновенный. Булгаков – Путь навстречу, такой же благодатный, такой же боговдохновенный. Но это два разных направления. В  картине они в одном пейзаже, в одной иконе, и отблеск одной трагедии на их лицах. Еще не знает Флоренский, что будет расстрелян. Еще не знает Булгаков, что ему придется жить на чужбине. Это все еще  в тумане будущего”.

Булгаков  вернулся к Церкви, отрекся от марксизма, когда ему было 38. Последним толчком стала смерть любимого сына – такова была цена прозрения для марксиста Булгакова.  

Сергей Булгаков стал священником в  то время, когда в большевистской России   начались первые репрессии и расстрелы священнослужителей, когда в Москве под предводительством патриарха Тихона на Красной площади устраивался крестный ход, и  люди выходили с иконами и готовы были за первым поворотом встретить красноармейцев с пушками, шли, фактически, на смерть. Это было время колоссального духовного напряжения и противостояния. В священство Сергея Булгакова  готовил его друг  Отец Павел.

10 июня 1918 года был рукоположен Сергей Булгаков. Всего через месяц он уехал в Крым. Через три года Сергий Булгаков стал основателем Свято- Сергиевского подворья   в Париже. Здесь же находится  Православный богословский институт, которому исполнилось уже 80 лет. Отец Сергий стал деканом Богословского института и пастырем Сергиевского Подворья.

Флоренский стал священником еще в 1911 году. Для русской интеллигенции это был шок. Когда Флоренский стал священником, его коллеги, бывшие студенты завалили его письмами: “ Как Вы могли - человек, многообещающий в науке!?” То есть, Флоренский первый проложил дорогу от интеллигенции не в церковь, а к алтарю. Он стал священником. Работа в большевистской России была осознанным выбором Флоренского. “Он работал на Родину, - говорит внук Отца Павла Павел Васильевич Флоренский. А если там временно у власти были коммунисты, в своей статье о будущем государственном устройстве России пишет, что это   –  временное явление. Родина – вечна”.

Отец Павел Флоренский остался в Москве. Он не захотел оставить Россию, в которой начинался большевистский террор. Ограбления храмов сопровождалось невероятными кощунствами. И в 1918 году, с согласия Патриарха, Наркомат Просвещения создал комиссию по сохранению наследия Троице-Сергиевой  Лавры. Отец Павел занял должность хранителя резницы и ученого секретаря комиссии. Он пытался сохранить Лавру хотя бы как живой музей. Павел Васильевич Флоренский – внук Отца Павла, рассказывает о том, что происходило в 1919 году: “ Он постоянно совершал подвиги. После революции начинается борьба с иконами. Павел Флоренский пишет “Иконостас”, где говорит о святости иконы”. Отец Павел открывает обратную перспективу в иконе. Икона изображает инобытие. Физические законы света, цвета, перспективы и пропорций в иконе совершенно не те самые, что в картине.

Работы Флоренского, написанные в защиту Лавра, не возымели действия. 11 апреля 1919 года большевики вскрыли раку преподобного Сергия. Мощи святого выставили на всеобщее обозрение. Россия погрузилась в кромешную тьму.  Семьдесят лет события, участником которых был Отец Павел, хранились в глубокой тайне, которую никто не смел нарушить. Сегодня о ней рассказывает Отец Андроник Трубачев – внук Отца Павла. В  начале 90-х годов он впервые опубликовал материалы о подвигах своего деда, которые тщательно скрывались в семейных архивах. “Отец Павел записал об этом  на древнегреческом языке в особой записке, которую не смогли бы прочесть большевики. Записка эта хранилась у него в книге, в канонике, и члены семьи знали об этой записке”. История подвига Отца Павла началась в январе 1920-го, когда Патриарх Тихон узнал о планах большевиков уничтожить мощи Сергия Радонежского. По благословению патриарха Отец Павел и граф Алсуфьев в конце марта ночью подменили главу преподобного Сергия главой князя Трубецкого. Главу святого спрятали в доме Алсуфьевых под кадкой с цветком. Когда начались аресты в мае 28-го года, то Алсуфьев вместе со своей супругой зарыли главу в саду. Но вскоре графа Алсуфьева арестовали. Его жена вынуждена была перебраться  в деревню. Туда же следовало переправить и главу. Ночью ее откопали. Алсуфьевой помогал молодой человек Павел Голубцов – будущий епископ Новгородской. Утром того же дня он сел в поезд до Москвы. На протяжении всей дороги до деревни Павел не смел сесть, потому, как с ним была святыня. А перед самой войной Павел Голубцов переносит эту главу в храм своего духовника Отца Иллариона. Всю войну глава пролежала в алтаре церкви села Виноградово. После смерти старца главу хранила приемная дочь Алсуфьевых Екатерина Васильчикова. Глава преподобного Сергия была возвращена в раку после открытия Лавра в 1946 году. Главу князя Трубецкого с почестями захоронили неподалеку от Троицкого Собора. Многие участники этой акции приняли мученическую смерть.

Сведения о гибели Лавры и разрушения церкви дошли до Сергея Булгакова. В тот момент он находился в Крыму. В отчаянии Булгаков написал Флоренскому письмо-исповедь, вопль души, истерзанный болью души о России. И в этот самый момент с нестеровской картиной стали происходить чудеса. В 21-ом году отец Павел писал жене: “Присылаю фотографический снимок с портрета моего и Сергея Николаевича Булгакова, сделанный Нестеровым. Произошло какое-то расхождение тонов на фоне пейзажа. Около головы Сергея Николаевича Булгакова сильнее, а около моей слегка выступило нечто вроде зеленого нимба. Свечение возле Булгакова столь сильно, что обращает на себя внимание. А Михаилу Васильевичу придется замазывать его. А Михаил Васильевич даже испугался, подумал: не означает ли это, что с Сергеем Николаевичем что-то случилось в Крыму?”

В 33-м году Отца Павла арестовали по ложному обвинению в организации национал-фашистской партии возрождения России. На допросах под пытками Отец Павел взял несуществующую вину на себя. Только вместо фамилий участников и мнимого заговора он написал пророческую работу об идее власти, приемлемой для России. Тема власти стала главной и в самом мистическом романе 20 века “Мастер и Маргарита”. Его автор – однофамилец Отца Сергия Булгакова писатель и драматург Михаил Афанасьевич Булгаков. Исследователи его творчества считают, что загадочному финалу романа Михаил Булгаков обязан Отцу Павлу Флоренскому. В 1922 году вышла книга Флоренского “Мнимости в геометрии”.  В ней Михаил Булгаков увидел открытия, опередившие свое время, и финал своего романа.

Анна Христафорян